HUMANOLOGY.MENosce te ipsum!

Категории раздела

Духовность [20]
Религия [5]
Биология, химия [39]
Математика, физика [17]
Эзотерика [11]
Биоэнергетика [39]
Медицина [52]
Психология [79]
Психиатрия [4]
Антропология [12]
Филология, лигвистика, морфология [18]
Социология [36]

Еще почитать...

24.10.2014 ИМЕЮЩИМ УШИ
Генетики: полинезийское происхождение аборигенов острова Пасхи бесспорно
Бесспорность полинезийского происхождения островитян окончательно опровергает гипотезу Тура Хейердала
22.04.2015 ИМЕЮЩИМ УШИ
Технический директор Google расписал будущее мира: прогноз до 2099 года
Технический директор Google расписал будущее мира: прогноз до 2099 года
23.11.2015 ИНОЙ ВЗГЛЯД
Эффект Зенона подтверждён: атомы не двигаются, если на них смотреть
Исследователи доказали, что могут подавить квантовое туннелирование путём частых наблюдений за атомами.
25.01.2016 ИМЕЮЩИМ УШИ
10 удивительных фактов об объятиях
Объятия — это своего рода транспорт, который перевозит понимание и эмпатию.
10.04.2014 ИМЕЮЩИМ УШИ
Важность слов
Вы, наверное, не отдаете себе отчет, но каждое слово...
04.09.2017 ТЕЛО
Такеда. Осенний Гром
В Москве состоится очередной полумарафон.
02.02.2014 ИНОЙ ВЗГЛЯД
Чтобы видеть, не обязательно иметь глаза!
Открытие, которое может помочь тысячам слепых видеть...
10.12.2014 ИНОЙ ВЗГЛЯД
Депрессия может иметь инфекционную природу
Если теория верна, то, вероятно, в будущем удастся создать вакцину от депрессии.
11.07.2014 ИМЕЮЩИМ УШИ
Сигнал пойдет в обход
Американские инженеры «замкнули» конечности на мозг
09.01.2017 ТЕЛО
Как руки помогают думать
Чтобы решить сложную проблему, нужно в буквальном смысле повертеть её в руках.

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Читай каждый день!

На ФБ интереснее!

Каталог статей

Главная » Статьи » Социология

Готовый интеллектуальный корм: как родители и школа мешают детям стать взрослыми и мыслить критически

Учеба ради оценок давно стала эпидемией школьного образования. Зараженные этим вирусом дети ведут себя как роботы: заучивают домашние задания от абзаца до абзаца, пишут сочинения по шаблонам, бесконечно тренируются решать однотипные тесты и во всем полагаются на помощь родителей. В то же время на рынке труда все чаще задачи, которые можно выполнить строго по инструкции, передают именно машинам, а от людей требуется способность рисковать, экспериментировать, изобретать и мыслить критически. «Теории и практики» публикуют отрывок из книги «Отпустите их. Как подготовить детей к взрослой жизни» издательства «Манн, Иванов и Фербер», в которой Джули Литкотт-Хеймс разбирает эти проблемы на примере американской системы образования.

В вышедшей в 1999 году книге Raising Adults: Getting Kids Ready for the Real World Джим Хэнкок, социолог, много лет проработавший с молодежью в религиозной организации, замечает: если воспитывать детей, дети и получатся. Он настаивает, что наша задача — вырастить взрослых. Это звучит банально, но я начала задаваться вопросом, знаю ли я — да и остальные тоже, — что сегодня означает «быть взрослым» и как происходит взросление.

Есть всевозможные юридические определения «взрослости»: это возраст, когда человек может создавать семью без согласия родителей (в большинстве штатов в 16 лет), сражаться и умирать за свою страну (18) и пить алкоголь (21 год). Но что значит думать и вести себя по-взрослому с точки зрения развития?

Десятилетиями стандартное социологическое определение вполне отражало общественную норму: окончить школу, покинуть родительский дом, стать независимым финансово, создать семью и завести детей. В 1960 году 77 процентов женщин и 65 процентов мужчин достигали всех пяти пунктов к 30 годам. В 2000 году этому критерию соответствовала лишь половина тридцатилетних женщин и треть их сверстников-мужчин.

Эти традиционные вехи явно устарели. Брак перестал быть обязательным условием финансовой безопасности женщины, а дети — неизбежным результатом половой жизни. Человек может стать взрослым, не создав семью и не заведя детей или сделав что-то одно из этого. Если измерять «взрослость» вехами, к которым молодые люди больше не стремятся, далеко не уйдешь. Нужно более современное определение, и его можно найти, опросив самих молодых людей.

В 2007 году в опубликованном в Journal of Family Psychology исследовании ученые спрашивали людей в возрасте от 18 до 25 лет, какие критерии взрослости им кажутся наиболее показательными. В порядке убывания важности были названы: 1) ответственность за последствия своих действий; 2) общение с родителями на равных; 3) финансовая независимость от родителей и 4) независимое от родителей и другого влияния формирование ценностей и убеждений. Затем респондентов спрашивали: «Как вы думаете, вы взрослый человек?» Всего 16 процентов ответили утвердительно. Родителей участников исследования тоже опросили: стали ли их отпрыски взрослыми, и как матери, так и отцы в подавляющем большинстве согласились с мнением детей. На основе наблюдений за почти 20 тысячами молодых людей от 18 до 22 лет в период работы деканом я согласна с этими данными и считаю, что это проблема. […]

Это провал воспитания. Ребенок не приобретает жизненные навыки по мановению волшебной палочки с последним ударом часов на восемнадцатый день рождения. Детство должно быть тренировочной площадкой. Родители могут помочь — но не тем, что всегда будут готовы все сделать или проконсультировать по телефону, — а тем, что уйдут с дороги и позволят ребенку разобраться самостоятельно.

Бет Ганьон, психотерапевт и владелец частной практики в НьюХэмпшире, с этим согласна. У нее полно пациентов, которые беспокоятся о своих детях и из-за этого излишне им помогают: «У нас некоторые мамы в буквальном смысле каждый день возят детей в школу, «потому что на улице мороз»», — рассказывает она с отчаянием в голосе.

Я вздрагиваю от мысли, что Бет подумала бы о наших земляках, которые делают то же самое под роскошным калифорнийским солнцем. «Дети должны получать и выполнять определенные задачи в определенном возрасте, — продолжает она. — Многие родители очень образованны и умны, но при этом слабо себе представляют, что уместно с точки зрения развития ребенка». […]

Ходить в школу самому, попросить придержать дверь или помочь занести коробки, резать мясо на тарелке — это повседневные вещи, которые взрослый человек должен уметь делать сам. А еще он должен быть готов, что что-то может пойти не так. […]

Другой список дел

Если мы хотим, чтобы у наших детей появился шанс выжить во взрослом мире без пуповины в виде мобильного телефона — дежурного решения всех проблем, — им понадобится набор базовых жизненных навыков. На основе собственных наблюдений на посту декана, а также советов родителей и работников образования по всей стране я приведу несколько практических навыков, которые ребенок должен освоить до поступления в колледж. Здесь же я покажу «костыли», которые в настоящее время мешают им самостоятельно встать на ноги.

1. Восемнадцатилетний обязан уметь разговаривать с незнакомцами — преподавателями, деканами, консультантами, хозяевами жилья, продавцами, HR-менеджерами, коллегами, банковскими служащими, медработниками, водителями автобусов, автомеханиками.
Костыль: мы требуем от детей не разговаривать с чужаками, вместо того чтобы помочь овладеть более тонким навыком — отличить немногочисленных плохих незнакомцев от большинства хороших. В результате дети не умеют подойти к незнакомому человеку — вежливо, установив зрительный контакт, — чтобы попросить помочь, подсказать, посоветовать. А это им очень пригодилось бы в большом мире.
2. Восемнадцатилетний обязан уметь ориентироваться в кампусе, в городке, где проходит летняя стажировка, или там, где он работает или учится за границей.
Костыль: мы возим и сопровождаем детей повсюду, даже если они могут добраться на автобусе, велосипеде или пешком. Из-за этого они не знают дорогу из одного места в другое, не умеют спланировать маршрут и справиться с транспортным хаосом, не умеют составлять планы и следовать им.
3. Восемнадцатилетний обязан уметь справляться со своими задачами, работой и сроками.
Костыль: мы напоминаем детям, когда сдавать работу и когда за нее взяться, а иногда помогаем или просто делаем все за них. Из-за этого дети не знают, как расставлять приоритеты, справляться с объемом работы и укладываться в сроки без регулярных напоминаний.
4. Восемнадцатилетний обязан уметь выполнять работу по дому.
Костыль: мы не очень настойчиво просим помогать нам по дому, потому что в расписанном до мелочей детстве остается мало времени для чего-то, кроме учебы и внеклассных мероприятий. Из-за этого дети не знают, как вести хозяйство, следить за собственными потребностями, уважать потребности других и вносить свою лепту в общее благополучие.
5. Восемнадцатилетний обязан уметь справляться с межличностными проблемами.
Костыль: мы вступаемся, чтобы решать недоразумения и успокаивать задетые чувства. Из-за этого дети не знают, как справиться с ситуацией и разрешить конфликты без нашего вмешательства.
6. Восемнадцатилетний обязан уметь справляться с перепадами учебной и рабочей нагрузки в вузе, с конкуренцией, строгими учителями, начальниками и так далее.
Костыль: в трудную минуту мы вступаем в игру — доделываем задачи, продляем дедлайны, разговариваем с людьми. Из-за этого дети не понимают, что в жизни обычно не все идет так, как им хочется, и что даже несмотря на это все будет в порядке.
7. Восемнадцатилетний обязан уметь зарабатывать деньги и разумно их тратить.
Костыль: дети перестали подрабатывать. Они получают от нас деньги на все, что пожелают, и ни в чем не нуждаются. У них не формируется чувство ответственности за выполнение задач на работе, нет чувства подотчетности начальнику, который не обязан их любить, они не знают цену вещам и не умеют управлять своими финансами.
8. Восемнадцатилетний обязан уметь рисковать.
Костыль: мы прокладываем им путь, выравниваем ямы и не даем споткнуться. Из-за этого у детей нет понимания, что успех приходит только к тем, кто пробует, терпит неудачу и опять пробует (то есть упорным), и к тем, кто выдерживает неприятности (то есть стойким), а это умение складывается, когда борешься с неудачами. […]

Мыслить важно

В своем бестселлере 2009 года Drive: The Surprising Truth About What Motivates Us Дэниел Пинк рассказывает, почему способность разобраться в проблеме особенно важна для сотрудников в XXI веке. Он показывает, что работы, требующие решения «алгоритмических» задач (с готовой инструкцией, которая ведет к единственному выводу), передают на аутсорсинг или компьютеризируют, в то время как 70 процентов прироста рынка труда в США стали давать профессии, включающие «эвристические» задачи — те, в которых надо думать, экспериментировать с возможностями и изобретать новые решения как раз потому, что алгоритма просто не существует. В XXI веке работнику придется соображать.

The Foundation for Critical Thinking — образовательная некоммерческая организация, более 30 лет занимающаяся прививанием критического мышления учащимся, — разделяет эту точку зрения и предостерегает: «Во все более меняющемся, сложном и переплетенном мире критическое мышление становится необходимым условием экономического и социального выживания».

В 2000 году немецкий ученый Андреас Шляйхер разработал Международную программу по оценке образовательных достижений учащихся (Program for Internation Student Assessment, PISA), которая дает государствам возможность определять, имеются ли у подростков навыки мышления, необходимые, чтобы преуспеть в колледже, на рабочем месте и в жизни в XXI веке. Испытуемым не нужно решать уравнений или давать определения (это можно вызубрить или забить в краткосрочную память), а также решать тесты многократного выбора, которые сужают бесконечные возможности до четырех-пяти вариантов и зачастую позволяют просто вывести или «вычислить» правильный ответ. Вместо этого детей просят применить уже имеющиеся знания к реальным ситуациям и сценариям, которые требуют критического мышления и эффективного общения (например, «Насколько данный график иллюстрирует идею статьи?» или «Убеждает ли приведенный плакат делать прививки от гриппа?»). Проще говоря, цель PISA — проверить, в каких странах детей учат думать самостоятельно, говорит журналист Аманда Рипли в своем бестселлере 2013 года The Smartest Kids in the World: And How They Got That Way.

Первый тест PISA был проведен в 2000 году. В нем участвовали подростки из десятков стран, включая США. С тех пор он проходит каждые три года. Рипли пишет, что высокие баллы по PISA никак не связаны с финансированием школ, расовой и классовой принадлежностью учеников. Высоких результатов добиваются страны, в которых педагоги и родители поощряют строгость в учебе (очень высокие стандарты и последовательное их внедрение) и мастерское владение предметом (уровень понимания, который проявляется в способности применять освоенные понятия).

Американские подростки год за годом оказываются лишь в середине рейтинга PISA — это больной укол для народа, который гордится мировым лидерством в столь многих областях, включая образование, производительность экономики, качество руководства и количество инноваций. Результаты PISA показывают, что дети в США не чувствуют строгости и не несут ответственности за овладение мастерством, а из-за этого не учатся думать самостоятельно. Это говорит о том, что у них нет навыков принятия сложных решений и эффективного общения, которые будут им нужны, чтобы добиваться успеха и лидировать в реальной жизни.

В 2006 году организация American Institutes for Research, специализирующаяся на поведенческих и социологических исследованиях, сообщила о результатах, подтверждающих эти невеселые прогнозы. «Более 50 процентов студентов четырехлетних колледжей и более 75 процентов двухлетних не имеют навыков, позволяющих выполнять сложные задачи, связанные с грамотностью», например, «анализировать новости и другие тексты, понимать документы, пользоваться чековыми книжками и отсчитывать чаевые в ресторане».

Критическое мышление — это не только умение понимать выпуск новостей и подводить баланс в чековой книжке. Понятие намного шире и богаче. В своем бестселлере Excellent Sheep Уильям Дересевич пишет, что многие молодые люди — как овечки, прыгающие через различные кольца, которые родители, система образования и общество поднимают все выше. В конце концов они добиваются высоких оценок и хороших баллов и перед ними открываются двери элитных колледжей и самых престижных профессий, но, как утверждает Дересевич, их разум закрыт. Их не учили бороться в условиях неопределенности, отделять правду от неправды в предметах, которые они вызубрили. Они делают то, что, по их мнению, должны делать, и не дают себе труда задуматься, на самом ли деле этого хотят, а если да, то почему. Виновата в этом «учеба ради экзамена» и домашняя жизнь с авторитарными и потакающими/разрешающими родителями, а также общественная и культурная среда, в которой достижения и свершения ценятся больше, чем мышление и учеба.

Разрушение мышления в школе

В своей книге 2001 года Doing School: How We Are Creating a Generation of Stressed Out, Materialistic and Miseducated Students4 Дениз Поуп пишет об эпидемии так называемой учебы ради экзаменов, поразившей американское среднее образование. Дети, заразившиеся таким подходом, ведут себя как роботы: информация поступает им в мозг в форме жестких инструкций, после чего они выплевывают ее же в домашних работах, школьных экзаменах и стандартизированных тестах. Заявленная в 2002 году федеральная программа No Child Left Behind лишь усугубила установку, о которой Поуп писала в 2001 году, вместо того чтобы стимулировать строгость и мастерство, необходимые для воспитания думающих людей. В своем фильме 2010 года Race to Nowhere, удостоенном премий, Викки Эйблс показывает детей, которых исследовала Поуп, с человеческой стороны.

Работы Поуп показывают, что дети «занимаются» школой, но не учатся, испытывая из-за этого колоссальный стресс (не положительный стресс, а вредный для психики), и заражаются настроем «любой ценой» получить нужный балл или оценку или просто сделать домашнюю работу. Это, как обнаружила Поуп, порождает эпидемию обмана. Домашние задания имеют смысл, если помогают ученику глубже погрузиться в материал и не превращаются в рутину. При этом «учителя, администраторы и родители очень часто путают строгость и нагрузку», заявила недавно Поуп. Писатель и социальный критик Альфи Кон критически рассмотрел широкий спектр исследований домашних заданий и пришел к выводу, что польза от них вообще не доказана. И тем не менее все мы знаем, что домашние задания продолжают существовать.

The Foundation for Critical Thinking называет учебу ради экзаменов психологией «матери-малиновки»: ребенку в клюв кладут уже готовый интеллектуальный корм, и ему остается только проглотить. Фонд утверждает, что из-за этого дети учатся только повторять, и им будет не хватать умений применять информацию в различных ситуациях: в этом смысле знаний у них нет. Затем у детей появляется уверенность, что, если им точно не скажут, что говорить, думать и делать, сами они все равно не разберутся. Все должны решать за них. Они не любят делать что-то большее, чем повторять за родителем, учителем или учебником. […]

* Фильм режиссера Спайка Джонза, снятый в 1999 году. Главный герой, Крейг, устраивается на работу в весьма странное место, где за одним из шкафов есть маленькая дверца, ведущая не куда-нибудь, а непосредственно в тело известного актера Джона Малковича. Крейг и его предприимчивая коллега организуют предприятие: всего за 200 долларов каждый желающий может оказаться на 15 минут в теле самого Малковича.

В сущности, из-за такой излишней опеки мы будто проникаем в сознание ребенка и живем там — как в фильме «Быть Джоном Малковичем»*. Наше постоянное, бдительное, решительное присутствие — физическое и по мобильному телефону — вытесняет мысли детей, подменяя их нашими. С нашей точки зрения, именно так выглядит любовь, и мы хотим гарантировать, что они справятся, то есть преуспеют профессионально и получат в жизни лучшее. Но из-за такого воспитания детство перестает быть тренировочной площадкой, на которой ребенок учится думать самостоятельно. Он всего лишь выполняет различные пункты не им составленного списка дел. Мы не подготовим ребенка к успеху в колледже, на работе и в жизни, если не научим его — заставим его, позволим ему — думать.

Что с этим делать

Когда речь заходит об обучении детей самостоятельному мышлению в школе, ситуация выглядит, мягко говоря, довольно запутанно. Программа The Common Core State Standards Initiative возникла в 2009 году отчасти в ответ на неутешительные результаты PISA, показывающие, что многим ребятам из США недостает навыков критического мышления, и они из-за этого не подготовлены к успеху в вузе, на работе и в жизни. Организация Foundation for Critical Thinking, расположенная в Университете Сонома в Калифорнии, более трех десятилетий учит работников образования преподавать критическое мышление детям, и ее исследования показывают, что большинство педагогов не имеют представления, что такое критическое мышление, не говоря уже о том, как этому учить. […]

В самом базовом смысле критическое мышление — мышление как таковое. Это умение разбираться в вопросе и применять имеющиеся знания в новой ситуации. Концепция критического мышления восходит к Сократу, который со своими последователями — прежде всего Платоном — разработал особый метод диалога, с помощью вопросов и ответов позволяющий ученикам видеть обоснование своих идей и глубже понимать истинность или ложность суждений, а затем применять это знание в разных обстоятельствах.

Еще студенткой Гарварда, в 1990-х годах, я имела дело с сократовским стилем преподавания и учебы. Такой подход использует подавляющее большинство преподавателей юриспруденции, равно как и многих других дисциплин. Это проверенный практикой способ вывести человека на уровень истинного понимания вопроса, в отличие от ситуации, когда учащийся зазубривает информацию или получает готовое решение проблемы, «правильный» ответ или мнение.

Ребенок, который самостоятельно нашел решение задачи, сам понял концепцию или идею, может рассказать о причинах и особенностях вопроса, а не просто констатировать факты, и может применять то, чему он научился, в новых ситуациях. Некоторые утверждают, что сократовский метод не подходит детям, потому что учит оспаривать авторитеты. Другие, например Foundation for Critical Thinking и некоторые сторонники педагогики Монтессори, считают упрощенную версию этого подхода — помочь понять информацию или принять решение, постоянно задавая вопросы, — надежным способом помочь детям научиться мыслить самостоятельно, без подсказок и готовых ответов учителя (или родителя). Дженнифер Фокс, педагог и автор Your Child’s Strengths: A Guide for Parents and Teachers, согласилась бы с этим. В своей книге она пишет, что, пять раз спросив ребенка «почему?», вы поможете ему понять суть проблемы. Я называю это методом постоянных вопросов. […]

Не позволяйте «заниматься» учебой

В книге Doing School: How We’re Creating a Generation of Stressed Out, Materialistic, and Miseducated Students Дениз Поуп пишет, что сегодняшние дети испытывают колоссальное давление и не столько овладевают знаниями, сколько «делают свою школьную работу». Они учатся решать примеры, включать в сочинение из пяти абзацев все, что хочет видеть учитель, и заучивать термины по биологии и формулы по математике. Своей следующей задачей они считают поступление в конкретный вуз, учеба в котором позволит им достичь успеха, и часто сохраняют такой настрой в карьере и в выбранной профессии.

Я позвонила Джеффу Брензелу, декану по приему в Йельском университете, и спросила, как он смотрит на противоречие между формальной учебой и свободным мышлением. «Я вижу у некоторых студентов склонность осторожничать, — ответил Джефф. — Они считают, что их пребывание у нас — своего рода ступенька в карьере. Поэтому они страдают перфекционизмом и не желают экспериментировать, терпеть неудачи, бунтовать, а это на самом деле сослужит им дурную службу в будущем. Мне кажется, через 20 лет у них будет кризис среднего возраста, и они почувствуют себя как в смирительной рубашке. Неспособность понять, что знания надо схватывать, что никто их не положит в рот, очень сильно им вредит».

Я видела и слышала о таком настрое и в Стэнфорде. Студентам сложно иметь дело с открытостью и неопределенностью, им хочется действовать так, как они привыкли: добросовестно делать то, что им сказали. Сотрудница Стэнфорда, преподающая английский язык первокурсникам, призналась, что ей часто приходится возвращать работы с комментарием: «Раскройте тему. Почему вы так считаете? Какова мотивация? Что из этого следует?», а студенты печально, с мольбой просят: «Я не знаю, что вы от меня хотите. Просто скажите, что мне надо сказать». […]

Пусть дети сами начертят свой путь

«Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?», «Какую ты собираешься выбрать специализацию?» Взрослые постоянно задают такие вопросы детям и абитуриентам и, в зависимости от ответа, сияют от счастья, в недоумении поднимают брови или хмурятся. Мы уверены, что знаем, к чему стоит стремиться, даже если ребенок незнакомый.

Однажды воспитательница в детском саду отвела меня в сторону и похвалила дочкины рисунки. Признаюсь, я подумала: «Да, да, да, но в колледж это поступить не поможет». Эвери было всего четыре года, но я уже четко знала, что ей «следует делать». Тогда я еще не понимала, что, отмахнувшись от художественных талантов дочери, могу ей навредить. Однако работа деканом по делам первокурсников довольно скоро помогла мне осознать свою ошибку. Я очень часто слышала, как студенты жаловались, что «все» ожидали, что они станут учиться и чего-то добиваться. У многих появлялись слезы, когда я спрашивала: «Да, но чем вы хотите заниматься?» Я придумала фразы-мантры, которые вставляла в официальные и неофициальные беседы со студентами. Одной из них было: «Верните себе внутренний голос и прислушайтесь к нему». Это значит: «Тебе решать, кем ты собираешься стать и что будешь делать. Поищи в себе подсказки, что для тебя действительно важно. Разреши себе быть тем, кем хочешь, и делать то, что тебе по душе».

Дома я тоже начала вести себя совершенно по-другому — перестала ожидать, что Эвери c Сойером станут кем-то конкретным (врачом, юристом, учителем, предпринимателем и так далее). Я стала видеть в них не маленькие деревца бонсай, которые нужно аккуратно подрезать, а дикие, незнакомые цветы, которые распустятся и покажут уникальную, восхитительную красоту, если дать им подпитку и условия. Прежде всего я стала надеяться, что мои дети и студенты найдут то, что профессор педагогики и директор Стэнфордского центра по делам подростков Билл Деймон назвал смыслом.

О важности смысла

Исследования Деймона показывают, что чувство смысла важно для достижения счастья и удовлетворенности жизнью. Согласно его определению смысл — это то, что «больше всего заботит» человека и становится окончательным ответом на вопросы «Зачем я это делаю?» и «Почему это для меня важно?». Деймон отличает смысл от сиюминутных желаний, например получить пятерку на контрольной, найти пару на танцах, купить новый гаджет, вступить в команду, попасть в конкретный колледж. Краткосрочное желание может иметь, а может и не иметь значения в долгосрочной перспективе. «Смысл же, — говорит Деймон, — это цель в себе».

В 2003 году Деймон и его коллеги провели Youth Purpose Project, четырехлетнее всеамериканское исследование смысла жизни у людей в возрасте от 20 до 26 лет. Лишь 20 процентов участников видели что-то осмысленное в том, чему хотели посвятить свою жизнь. Еще 25 процентов «дрейфовали», не зная и не желая знать, чем они на самом деле хотят заниматься. Остальные были где-то посередине. Двадцать процентов обретших смысл — это, с точки зрения Деймона, слишком мало. Свою последнюю книгу The Path to Purpose: How Young People Find Their Calling in Life — сборник работ о развитии человека — он написал потому, что в сегодняшнем обществе слишком много молодых людей страдают от ощущения пустоты.

Эта пустота возникает не из отсутствия интереса к обретению смысла. Исследование, проведенное в 2012 году некоммерческой организацией Net Impact, помогающей людям в ходе карьеры делать мир лучше, показало, что 72 процента студентов считают очень важным или существенным элементом счастья, чтобы работа оказывала положительное влияние на общество или окружающую среду. А Адам (Смайли) Посвольский, опубликовавший в 2014 году ставшее бестселлером руководство по карьере The Quarter-Life Breakthrough, которое показало тысячам молодых людей, как идти к смыслу жизни, пишет, что и он, и многие другие представители поколения миллениума хотят найти осмысленную работу. С точки зрения Посвольского, такая работа «имеет личное значение, отражает индивидуальность и интересы человека, позволяет делиться своими талантами, чтобы помогать другим, а также обеспечивает прочное финансовое положение, чтобы вести желаемый стиль жизни». Осмысленная работа противоположна заурядной, которая позволяет платить по счетам, проводить время, совпадает с ценностями человека и даже может сделать его финансово успешным, но «не позволяет внести уникальный вклад в мир».

«Очень многие молодые люди, с которыми я разговаривал, в конце концов выбирают путь под давлением родителей, а не исходя из собственных склонностей, — говорит Посвольский. — Это вызывает смущение и обиду, а иногда ведет к несчастью. Родители (особенно теперь, когда рынок труда совсем не такой, как во времена беби-бумеров) могут просто не знать, что лучше для ребенка».
Как декану мне было очень интересно помогать студентам постигать смысл и искать значимую для них работу. Я просила их забыть, что, по их мнению, «все» считают необходимым для учебы и карьеры, и повторяла: «Учитесь тому, что любите, а остальное приложится».

«Если вы изучаете то, что любите, — говорила я, — у вас будет мотивация ходить на каждое занятие. Вы будете читать всю необходимую литературу, может быть, даже дополнительную, и отвечать на занятиях. Ходить на консультации. Вы станете суммировать прочитанное и услышанное, а потом обсуждать это с преподавателем и другими студентами и формировать собственные мысли по поводу материала. Изучая то, что вам нравится, вы, вероятно, получите отличную оценку, потому что в душе стремитесь мастерски овладеть этим предметом. Но даже если оценка окажется не самой высокой, вы все равно вложите в нее душу, сделаете настоящее усилие. Независимо от балла это может побудить преподавателя написать очень лестное рекомендательное письмо о вашей любознательности и решимости. Более того, вы сможете с энтузиазмом рассказывать о предмете на собеседовании при приеме на работу. Если у вас хватит мужества вопреки чужому мнению изучать любимый предмет, вы добьетесь именно такого успеха, к которому стремитесь».

Рик Варцман, исполнительный директор Drucker Institute, социального предприятия в рамках Claremont Graduate University, занимающегося «укреплением организаций во имя укрепления общества», согласен с моим призывом «учиться тому, что любишь». Когда я беседовала с ним в 2014 году, чтобы узнать, что он думает по поводу этой концепции жизненного пути и смысла, его дочь как раз окончила колледж. Варцман, очень известный автор, адресовал ей открытое письмо о том, как применить в жизни принципы Друкера*. Письмо вышло в журнале Time. «Есть вероятность, — писал он дочери, — что то, что ты любишь, придает тебе силы, и именно в этой области ты достигнешь наибольшего успеха». Во время нашего разговора Варцман добавил: если начать заниматься любимым делом в молодости, «будет больше шансов достичь мастерства и совершенства, потому что в распоряжении будет гораздо больше времени».

Тем временем Себастьян Трун, родившийся в Германии гений Кремниевой долины, стоявший за созданием беспилотного автомобиля, Google Glass и бесплатного онлайн-университета Udacity, уверен, что осмысленность не только ведет к счастью и позволяет сознательно выбрать работу, но и обеспечивает успех. Когда мы встретились, он сразу заявил: «Я не эксперт в детском образовании. Мне известно, что в мире есть множество мнений, и я знаю не больше других». После этой оговорки Трун рассказал, что, когда молодые люди просят дать совет в отношении карьеры, он говорит: найди свою страсть. Услышав это, я слегка вздрогнула. «Найти страсть» когда-то было милым философским идеалом, но потом стало утилитарным утверждением: «Найди свою страсть, и побыстрее, потому что надо о ней рассказать приемной комиссии». Как будто страсть стоит на книжной полке или лежит под камнем. Поэтому я спросила у Себастьяна, какие ценности, с его точки зрения, лежат в основе этой избитой фразы.

«Я говорю: прислушайся к себе, прислушайся к своей интуиции. Многие дети совершенно потеряли связь со своими внутренними ощущениями. У них настрой: «Скажи мне, что делать, и я это сделаю». Если у тебя есть страсть к своему делу, без работы ты не останешься. Таких людей сравнительно немного, и если вы — один из них, то вы в два раза лучше других кандидатов. Когда вы поступаете на работу и хотите добиться настоящего успеха, вам никто не будет говорить, что делать. Надо познать себя настолько, чтобы понимать, что хочешь делать в жизни.

Сделать ребенка по-настоящему успешным гораздо важнее, чем устроить его в Стэнфорд. Я вижу шокирующее количество людей с превосходным послужным списком, но без страсти. А посмотрите на Стива Джобса, Цукерберга, Гейтса: их путь не был аккуратно нарисован. Совершенно неправильно тянуть всех детей к одной и той же цели. У родителей лучшие побуждения, и они готовы выдержать много испытаний, но эта цель требует пожертвовать независимостью мысли ребенка и его возможностью в будущем получать удовольствие от своей работы».

Мы с Риком Варцманом говорили о потенциальных негативных сторонах выбора любимой профессии: она может не принести хороших финансовых результатов. Это сложная тема, особенно для родителей из богатого среднего класса. Как же так? Наши дети будет жить хуже, чем мы? У них не будет привычных благ? Они не смогут купить дом в таком районе, где мы живем? Может быть. Состояние экономики и стоимость жизни могут привести к такому результату. Но здесь стоит задать вопрос, что на самом деле значит успех. Ребенок может возвращаться в более скромное жилище и довольствоваться меньшим, но, если он будет делать то, что любит, его станет переполнять неизмеримое счастье, удовлетворенность, радость, и — да, в его жизни будет смысл. Кто мы такие, чтобы говорить, что это не успех?

Источник: Теории и практики

Поделиться:
Категория: Социология | Добавил: Alev (18.05.2017)
Просмотров: 138 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Новые статьи

17.09.2017 Психология
Слова поддержки, которые ранят

20 распространенных ошибок в общении с людьми, страдающими от тяжелых, опасных или хронических заболеваний, разбирает психолог Дарья Кутузова.

13.09.2017 Биология, химия
Джо Диспенза: "Материализация событий в вашей жизни начинается на квантовом уровне"

Доктор Джо Диспенза (Joe Dispenza) стал одним из первых, кто начал исследовать влияние сознания на реальность с научной точки зрения. Его теория взаимосвязи между материей и сознанием принесла ему мировую известность после выхода документального фильма «Мы знаем, что делает сигнал».

11.09.2017 Социология
Как заставить свой мозг добиваться поставленных целей?

Добиться того, чего вы хотите, намного проще, чем кажется. Залог успеха – понять, чего именно вы хотите. Писатель Бенджамин Харди написал о том, как это может изменить вашу карьеру и жизнь в целом.

04.09.2017 Биология, химия
Реальность – это лишь галлюцинация: галлюциногенная лекция Анила Сета о природе сознания

Вам никогда не говорили, что вы живёте в каком-то "собственном мире"? Профессор когнитивной и вычислительной нейробиологии Анил Сет (Anil Seth) утверждает, что на самом деле сознательная реальность каждого человека – не более чем галлюцинация, созданная мозгом. И все мы постоянно галлюцинируем, а когда согласовываем наши галлюцинации, то называем их "реальностью".

26.07.2017 Биоэнергетика
Перевод с китайского: как европейцы ищут несуществующие точки и меридианы

Врач-невролог Егор Лобусов, окончивший сначала факультет фундаментальной медицины МГУ имени М. В. Ломоносова, а позже получивший полноценное четырехлетнее образование в аспирантуре Нанкинского университета традиционной китайской медицины, считает, что недопонимание принципов традиционной китайской медицины идет от неправильного перевода основополагающих терминов.

24.07.2017 Психология
14 фактов, доказывающих, что вы глупее, чем думаете

Вот 14 фактов о том, как работает наш мозг. И они доказывают, что все не так просто, как вы думаете.

17.07.2017 Биоэнергетика
О чем истерит женщина?

Дать женщине ВОЗМОЖНОСТИ и свободу для реализации. Выпихивайте истерящую женщину на любимую работу. Отправьте её к коучу, пусть он поможет ей разобраться с её богатым внутренними миром и найти ему применение.

13.07.2017 Психология
Остановить детскую истерику можно, задав всего один вопрос

Абсолютно все дети закатывают истерики. Родители интересуются: можно ли с ними что-то сделать или надо просто подождать, пока ребенок подрастет? Мама из Бразилии делится своим рецептом – он простой и работает.

13.07.2017 Социология
Как танцы помогают вашему мозгу

Танцы со своими друзьями или вашим партнером - это не просто увлекательная деятельность, предназначенная для выходных дней. Это также здоровая практика, которая имеет множество преимуществ как физически, так и умственно. Новые исследования показали связь между частым танцем и неврологическим здоровьем.

10.07.2017 Социология
Информационная дурь. Как распознавать, не допускать и избавляться

С самого раннего детства всем нам (людям) со всех сторон рассказывают, что что-то хорошо, а что-то плохо. Чему-то мы верим, что-то отвергаем, в чём-то меняем своё восприятие с веры к отвержению и наоборот. Многое узнанное нам полезно, многое отвергнуто зря. Часть воспринятого как истина, ею не является. Вот об этой части и пойдёт речь ниже.

Поиск

Форма входа

Реклама

Рекомендуем

  • Книжный интернет-магазин
  • Проект "Танцевальный клондайк"
  • Календарь творческих событий
  • Оперативная полиграфия
  • Страж здравого смысла
  • Мой бесценный XXI век